Job market experts and politicians agree, Russia needs more qualified workers — and even some not-so-qualified ones. This year’s expansion of the list of foreign specialists not subject to visa quotas is a testament to the growing needs in a wide variety of areas.

Though Prime Minister Vladimir Putin said in his recently published vision for the country’s development that 25 million jobs for skilled workers have to be crea
“No matter how well we organize our demographic policies, new people in such quantities will not be appearing soon,” Fursenko said last week at the Gaidar Forum for Russian economists, RBC reported.ted, Education and Science Minister Andrei Fursenko expressed doubt concerning the ability to find people to fill those positions.

In the white-collar segment, recruiters are seeing a booming market tipped in favor of employees. “The job market has practically completely recovered [from the financial crisis] and now constitutes a job-seeker’s market. The battle for qualified staff is escalating,” Sergei Gadetsky, head of Ancor, one of the largest recruitment firms in Russia, told The Moscow Times.

“Project managers and business analysts remain well sought after,” said Maria Safronova, recruitment manager at headhunting agency Flex, “but there is growing demand for IT staff.” In that field, Moscow companies are most actively pursuing managerial profiles, such as project heads and directors of IT infrastructure development, she added.

Staffing firm Antal Russia sees its clients seeking sales people — mostly in the business-to-business sector for pharmaceuticals, IT and telecoms, banking and finance, and fast-moving consumer goods.

A nationwide survey that Antal released late last year confirmed that the most in-demand specialists are sales and marketing professionals, with 51 percent of companies participating in the research saying they plan to hire such people this quarter. Next in line were supply chain specialists (23 percent), accountants (20 percent), production personnel (19 percent), and administrative and IT staff (17 percent).

Luc Jones, a partner at Antal and a board member of the Canadian Eurasia Russia Business Association, believes that a job market demand bubble is formin

g but notes that the heyday of unskilled carpetbagging expats is over. His firm fills most of its vacancies with locals.

As a British-Canadian who moved to Russia in the mid-’90s and has seen the post-Soviet labor market evolve practically from its inception, Jones has plenty of advice to offer job-hunters — both Russians and expats alike. In a recent interview, he shared his thoughts with The Moscow Times.

On hiring foreigners:

The scale and diversity of Russia, even in the post-Soviet era, is still astonishing. It would, for example, take you seven days and nights to cross it by train, from the eastern outposts only a stone’s throw from US-owned Alaska to the western border holding back Europe. By plane you are talking nine hours, so dominant is the land mass wrapping itself around the Northern and Eastern hemispheres.

As a result of this size, the indigenous peoples of this often enigmatic country vary significantly in ethnicity, colour, language and attitude. Those in the south-east of the country looking of oriental origin, while Moscow tends to produce a Caucasian European demeanour with western self-perception. Not only does this make Russia endlessly interesting culturally, but it has also given rise to a fascinating diversity in its workforce.

So how is the country in terms of its recruitment industry and how does one define such a place through its current candidates and clients? As Luc would have it!

Since being bought by the FiveTen group in 2008 Antal Russia has been developing and growing its strategy in the country. At the forefront of its operations is partner Luc Jones. Luc was visiting London from his Moscow HQ and took time out to talk to me in a French restaurant, Luc incidentally is English, his father is an Englishman, his mother French Canadian and he is fluent in English, French, Russian, Spanish and Polish…you get the picture. Luc is a whirlwind, a polyglot tornado whose restless energy and endless amount of often surprising Russian recruitment trivia leaves you itching to go there. Luc’s message is clear: Russia: it’s not as scary as you think.

Just as we get ready to get down to some serious industry chat, Luc suddenly starts talking what, to my ear, sounds like nonsense. A string of words so fabulously bizarre I am beginning to think he has become possessed. It then becomes clear what is happening, Luc is talking to the waiter…..in Uzbekistani! Impressive and maddening for those of us restricted to “dos cervezas por favor”.

Luc firstly points out one of the main cultural differences between Russian business values and the traditional Western model: “Over there probably half of the positions we do overall are sales related. The point you have got is that, where we grew up in a country where somebody is trying to sell you something from the day you are born to the day you die, under a socialist system, well, selling something is what ‘evil’ capitalists do! I have to remind clients when they come out to Russia for the first time that selling something just one generation ago would have landed them in jail.”

Luc continues with an anecdote regarding a former girlfriend he placed in a position in a high-end drinks distribution business after she had graduated with a decent degree from a linguistics university in Moscow: “Her grandfather thought this was worse than her becoming a prostitute! He just simply didn’t understand the concept of buying something for one price and selling it for a profit. There are still a lot of negative connotations in Russia regarding business; it is still regarded as something criminals do because for 70 years it was drummed into people that you just don’t do it and it is taking a long time because there is no business culture.” More below….
Old barriers 

Luc’s own linguistic talents are essential for working in Russia, he believes you simply cannot work in Russia without speaking it; and talking of work and Russians….: “I think the Russian work ethic is appalling!” asserts Luc, “It’s perfectly okay to rock up an hour late and say ‘sorry I overslept’ or ‘there was a traffic jam’. One of my colleagues who helped set up the Russian operation even resorted to closing the kitchen between 9.30am and 11am because he was getting so pissed off with people turning up late. If you turned up before 9.30am you could help yourself to a nice coffee and a snack but turn up after that and you have to wait – well there was almost a revolution. I have threatened to block Facebook and the like but it is considered perfectly normal to sit down and have a chat with a colleague for half-an-hour sipping a cup of tea, when it isn’t even a break!”

And he isn’t done yet: “Productivity wise this is just crap, if you look at the London office we are pulling in 1.5-1.6 placements per consultant per month, Russia is about half of that.”

However saying that, when it comes to defending the image of his adopted motherland, Luc is unequivocal: “It is hard to find another country that is more misunderstood or has as much of a negative image as Russia – well maybe North Korea. People tell me it is terribly dangerous, but it really isn’t. The other week in London someone suggested it was dangerous and I turned around and reminded them there were some pretty awful riots in London in the summer, they got the message.”

Time for another Luc factoid: “A lot of people don’t realise that Russia has the second highest number of immigrants in the world after the United States; 98 per cent of them will be from former Soviet states and this is a difficult point as Russians are quite nationalistic.” This translates as a problem, according to Luc, when it comes to prejudice against those from Central Asia (think of all the former Soviet states ending in …stan). They are mainly employed in Russia as a form of underclass carrying out “menial labour” according to Luc, but he confirms there is still the familiar phrase ‘they come over here and take our jobs’ coming from certain Russians, even though there is little effort or resolve to perform those menial jobs themselves.

Gender switch

Luc then throws another swerve ball: “There is no rec-to-rec industry in Russia. There is no interim, no temporary and no contract work. This still goes back to the old socialist policy that you join a company for life. But this can go to either extreme, due to the way Russians are.”

Historically, even though there seems to have been a bit of a swing of late, recruitment in the UK seems to have been a male-dominated space, but not so in Russia with a huge majority of women filling the desk space, approximately 85 per cent of recruitment consultants in Russia are female.

Luc explains how this has happened: “Demographically in Russia there is a real shortage of men, originally stemming from the Second World War when 27 million men were killed, mostly young men. A similar number were lost in the Gulags, where estimates range from

five-45 million, your guess is as good as mine! As a result there is huge social pressure on young girls to get married quickly, even recently if a man was unemployed and pissed, he would be beating girls off with a stick; it really is a man’s paradise out there.”

This in turn has made men quite lazy, according to Luc, who suggests this is one of the anomalies of the Russian jobs market: “We had a situation recently when we were recruiting for a Russian technology company and this chap sent in his CV, which was pretty good and he had been working with his previous company in a good position for four years. I asked the consultant to find out why he had left. He said he didn’t see it as a decent career path, so he just quit. I couldn’t believe it, you don’t quit your job first, but in Russia, you do. He said he didn’t really feel that comfortable about looking for another job when he already had one.

“No-one really seemed that bothered about the prospect of losing their job in the downturn and those that had weren’t at all phased by it.”

This is easy to explain, in the UK if you quit or lose your job and you still have rent or mortgage to pay, it is the major concern and a good reason to find work as soon as possible. In Russia however, in the post-Soviet era the population was so low that everyone got given accommodation. Utilities are cheap as well and you can avoid spending a lot of money.”This is a difficult one to explain to foreign clients,” Luc continues, “they just see it as lazy; of course I turn this around straight away and say ‘well at least he’s available now!’ “I do find myself telling candidates not to quit until they have secured another job.”

About half of Luc’s time is explaining to clients how it works in Russia and managing their expectations. This is compounded in the interview process, which really doesn’t seem to suit the Russian make-up: “They don’t really like to sell themselves in interviews,” adds Luc, “they think it makes them look a little bit desperate. The client calls up with concerns about this fact, even though the experience is there, they don’t seem at all motivated. I say ‘what are you talking about, they showed up to the interview didn’t they?’”

The market itself has seemingly grown more quickly than the candidates have developed, this will surely create more of a need to further develop and mature the recruitment industry.

So what other practical issues need confronting when servicing such a vast country? Well surprisingly most meetings are done face-to-face, unless, adds Luc, it is say for a mining job in the far east of Siberia. This is also down to the Moscow-centric labour distribution.

Back to the language; most of the outlying former Soviet states will speak some Russian, whether due to the former need to do so under Soviet control or because they have one TV channel piping Russian into their homes. This in turn means they are in a better position than most to take work within Russia. Those that don’t speak it, at present, stand little chance of working there. “The level of English spoken there is appalling,” continues Luc, “Very few people speak it, there are no tourist information offices and apart from one or two at the airport, there are no signs translated into English.”

And yet, despite these huge cultural and language barriers, despite the Western preconceptions of Russian life and business, despite Luc’s stories of lazy men and desperate women, despite the obvious ambiguities and oddities and yes, despite the cold, Luc is keen to point out one thing. He has a rich and varied life in Russia, there are well paid jobs and there is a lot of fun to be had; Luc is raising his family there free from the paranoia which non-Russians could so easily suffer from in such a different cultural climate. Luc’s sign off is his mantra: “Russia: it’s not as scary as you think.”

При этом почти все опрошенные эксперты отмечают, что в целом ситуация на рынке труда спокойная. “Безработицы практически нет, вакансий больше, чем желающих работать”, — уточняет Наталья Плотникова, руководитель отдела исследований рынка труда и кадрового консалтинга EMG Professional. “В настоящее время рынок труда восстановился практически полностью, а потребность компаний в персонале можно сравнить с 2008 годом”, — добавляет Ольга Серебренная, директор филиала АНКОР в Петербурге. Проблема лишь в том, что найти нужных специалистов на открытом рынке труда непросто.

Прогнозировать, насколько может вырасти зарплата в 2012 году, эксперты не спешат. В первую очередь им мешает это сделать нынешняя нестабильность мировой экономики, от которой, как ни крути, но Россия все–таки зависит, как бы оптимистично ни смотрели в будущее российские власти. “Сейчас все эксперты осторожно планируют ближайшие год–два на фоне нестабильного состояния мировой экономики”, — уточняет Наталья Данина, директор Adecco Group Russia.

Кроме того, затрудняют реальную оценку ситуации грядущие президентские выборы, поскольку как минимум до марта власти будут всеми средствами поддерживать более–менее благополучную экономическую ситуацию в стране. “Только по окончании I квартала будет понятна ситуация, и тогда можно будет говорить о тенденциях на первое полугодие”, — говорит Евгения Ланичкина. “Бизнес в нынешней экономической ситуации не делает долгосрочных вложений, в том числе и в такой актив, как персонал. Поэтому стремительного роста заработной платы не ожидается”, — говорит Ольга Серебренная.

Максимум, который смогут позволить себе большинство работодателей, — 10%, полагает Алексей Журбенко, генеральный директор Human Capital Solutions. В среднем же рост составит, по его мнению, не более 8%. О таком же проценте говорят и Наталья Данина, и Яков Новожилов.

По данным недавнего опроса EMG Professionals, в 2012 году более 70% работодателей планируют “поднять оклады, чтобы компенсировать инфляцию”, но не более чем на 10%. “Около 8% опрошенных компаний заложили в бюджет индексацию на 12–15% в зависимости от должности (минимальный рост у высшего менеджмента), — добавляет Наталья Плотникова. — Однако в целом изменения заработной платы будут колебаться в рамках 7–9%”.

“По нашей информации, лишь 44% компаний планируют увеличивать зарплату в 2012 году, — уточняет Ольга Серебренная. — По итогам 2011 года ясно, что из тех компаний, которые в начале года озвучивают планы по увеличению зарплаты, лишь половина действительно выполняет свои намерения. Соответственно, и в 2012 году количество тех, кто индексирует зар­плату, предположительно, будет около 20–25%. Хочется подчеркнуть, что это в основном крупные российские и международные компании. Рост заработной платы в них может составить 8–12%”.

Учитывая дефицит кадров и невысокий процент увеличения зарплаты, эксперты полагают, что работодателям, чтобы удержать нужных работников и привлечь новых, придется вспомнить о нематериальной стороне мотивации.

Анжелика Тихонова

- Мы ожидаем рост спроса на сильных менеджеров по продажам и специалистов, способных оптимизировать затраты, как это обычно происходит в непростые для экономики периоды, – говорит управляющий директор Antal Russia Михаэль Гермерсхаузен. – Будут расти темпы найма персонала в регионах, что стало заметной тенденцией за последние месяцы.

Сохраняется высокий спрос на менеджеров по продажам в секторах IT/Telecom, B2B (бизнес для бизнеса), FMCG (товаров повседневного спроса) и фармацевтики. Помимо традиционных требований – профессионального опыта и свободного владения английским, – работодатели все чаще обращают внимание на личные планы продаж соискателей. Распространена практика переманивания лучших специалистов у конкурентов с повышением их дохода на 20-30%, а также привлечение иностранных специалистов, имеющих опыт работы в России.

Высок спрос на профессионалов в области экономики и финансов.

- На автомобильном рынке в последнее время вырос спрос на профессионалов в области бренд-менеджмента в связи со структурными изменениями крупных игроков, – говорит старший менеджер департамента рекрутмента в области продаж и маркетинга Antal Russia Екатерина Бахарева. – Работодатели предпочитают брать людей из компаний того же сектора, однако профессионалы с опытом работы в FMCG также успешно выдерживают конкуренцию. В производственном секторе в особом дефиците специалисты среднего управленческого звена на позиции главного энергетика, главного инженера, менеджера по качеству, руководителей различных служб (к примеру, службы эксплуатации). Находить таких людей сложно из-за жестких требований, среди которых опыт работы в том же сегменте рынка и свободное знание иностранного языка.

- В 2012 году будут очень востребованы специалисты в сфере ИКТ, – считает ведущий специалист кадрового центра “ЮНИТИ” Виталий Лаврентьев. – А также специалисты в области геологии, разведки и разработки полезных ископаемых, нефтегазового дела. В автотранспортном комплексе требуются специалисты по организации и управлению дорожным движением. Будет много вакансий для рабочих специальностей, да и престиж их понемногу начал подниматься: на некоторых предприятиях зарплата высококвалифицированных рабочих сопоставима с зарплатой менеджера среднего звена.

- В 2012 году широкие перспективы для профессионалов откроются в телекоммуникациях, нанотехнологиях, нефтегазовом, энергетическом, финансово-банковском секторах и, безусловно, в продажах, – уверена и ведущий консультант рекрутингового агентства Penny Lane Personnel Элла Михайлова. – И не только потому, что здесь можно добиться финансового благополучия или заполнить строчку в резюме. Здесь немало возможностей и для личностной самореализации.

Татьяна Батенёва

I’ve always struggled to grasp the point of socialism, where there is no financial incentive for the individual to work harder, better, smarter or more efficiently. The result is that people usually end up doing the absolute minimum, and even this is done poorly. The socialist concept in theory might seem a good one, but everything falls apart once human nature kicks in. As former British Prime Minister Margaret Thatcher put it, “The problem with socialism is that you eventually run out of other people’s money.”

Initially, Soviets were largely attracted to communism as an alternative to the perceived injustices of capitalism. But a combination of sloth and cynicism set in as promised “equal riches for all” failed to materialize, especially during the Brezhnev period. All of the failures of the Soviet planned economy and the distortions in the country’s work ethic had a huge impact on how Russians approach work. This attitude still largely exists today, more than 20 years after the collapse of the Soviet Union.

What motivates Russians to get out of bed in the morning and come to work?

1. Money. Russians are much more likely to be attracted by the guaranteed components of compensation, rather than any potential upside at some stage down the line. Bonuses are important, but many employees are skeptical that any additional remuneration will actually be paid out in full. One regular complaint regarding bonuses is not always the size but the lack of clarity — that the bonus doesn’t always depend on the employee’s performance, but also on favoritism or other arbitrary reasons.
2. Career path. One of the first questions candidates ask me when discussing a new position is “What is the career path?” This is a polite way of asking, “How long will it take for me to be promoted?” In the West, people expect to work in the same job for many years before being considered for a promotion. In an emerging economy like Russia, don’t be surprised when your staff wants additional responsibilities shortly after joining.
3. Status in the workplace. It might be very much a hangover from Soviet times, but there is still considerable importance attached to a job title, the number of subordinates they have and whether they have their own office. While you can’t make everyone in your organization a manager overnight, many companies offer title promotions as an added incentive — or sometimes instead of a pay increase.

To be sure, titles are often inflated in Russia, yet in practice a senior-level title is a big plus in helping Russians get their foot in the door with new customers, especially in a Russian company. This may explain why almost every entry-level employee is called a manager, even though they don’t actually manage any people. In terms of title inflations, look at how many Russians in their 20s are already vice presidents, senior vice presidents or, taking a page from Prime Minister Vladimir Putin’s management book, even first vice presidents.

When I ask Russians to describe themselves, they usually start by telling me what they studied and where they studied. If they have a secondary higher education or an MBA, they like to bring the certificates along with them. Even when these diplomas are irrelevant for the job that they are interviewing for, Russians place great value on formal education.

In the West, we come to work in order to work. Apart from some basic pleasantries, nonwork activities take place during an employee’s free time. This tends not to be the case in Russia, where work is often seen as a place to make new friends and spend a lot of time chatting. It can strike newcomers to Moscow as poor work ethic when someone arrives an hour late and says, “Sorry, I overslept” — and then spends the next 30 minutes making coffee, checking messages on Vkontakte and catching up on gossip before actually settling down to finally do some work.

Nonetheless, mixing with colleagues is something akin to team building. Note how many of your employees like to go out in groups for “business lunches” rather than eat at their desks. The other Russian workplace tradition is to gather for champagne toasts and cake to celebrate someone’s birthday or resignation. It may seem that this tradition is overused and a distraction, but try to use these informal settings to better understand the atmosphere within the organization.

The Russian workplace is clearly different from those in most other Western countries, but not as different as most expats think when they first arrive here. Incorporating the best of your home country’s culture with what Russia has to offer will give you the best chance to get the most out of your operation here.

Почти половина руководителей практически каждый месяц ездят в командировки, каждый третий делает это несколько раз в полгода и только 1,3% опрошенных съездили в командировку всего один раз за время работы. Частота поездок резко увеличивается по мере продвижения по карьерной лестнице: чаще всего ежемесячные «вылазки» требуются от генеральных директоров.

Мобильность — это одно из важных требований к кандидату на руководящую должность, особенно если компания имеет представительство или офис в других регионах, говорит менеджер рекрутинговой компании Antal Russia Ирина Калкина. «Одной из функций менеджмента является контроль, и осуществлять его исключительно удаленно чаще всего невозможно», — считает она.

Руководящая должность порой не оставляет выбора, говорит президент портала Superjob.ru Алексей Захаров. «Если надо поехать в командировку — значит, нужно ехать. Если же человек не готов делать то, что необходимо делать в данный момент, то он никогда не станет руководителем», — считает он.

Но частота командировок зависит скорее не от уровня менеджера, а от его вовлеченности в операционные процессы. «Директор департамента продаж, внутренний аудитор, коммерческий директор должны быть в курсе ситуации в представитель­ствах компании, проводить достаточно много времени на местах», — разъясняет г-жа Калкина.

Частота командировок связана со структурой компании, а не с уровнем руководителя, согласен генеральный директор компании HeadHunter Михаил Жуков. Он уверяет, что ему достаточно раз в год посетить 13 офисов компании, в остальное время хватает общения через видеоконференции. «Другой вариант, когда компания централизована, а клиенты у нее из разных регионов России и мира. В этом случае топ-менеджеры часто выезжают на встречу с крупными клиентами в регионы и другие страны», — говорит он.

Несмотря на частые командировки, каждый пятый руководитель готов выезжать еще чаще, чтобы решать проблемы бизнеса и налаживать личные контакты. Интересно, что об этом говорили менеджеры, которым и так приходится несколько раз за полгода уезжать по работе. Абсолютное большинство респондентов (90%) считают, что их работа должна включать командировки, и они вполне согласны проводить так много времени вдали от дома.

В последнее время мобильность топ-менеджеров увеличилась: в этом признались 75% руководителей. Большинство объясняет это глобализацией и интеграцией рынков. Уезжать из родного региона руководителям приходится также из-за возникшей необходимости контроля сотрудников и подразделений компаний и тем — бизнес стал все больше ориентироваться на региональные рынки.

Сократить число поездок в компаниях стараются за счет новых технологий. Так, в HeadHunter каждую неделю проходит несколько видеоконференций между офисами в разных регионах. «В командировки наши менеджеры тоже, конечно, ездят, но мы стараемся оптимизировать работу людей по максимуму, чтобы время не тратилось впустую на дорогу», — говорит Михаил Жуков.

Но ждать сокращения командировок в ближайшее время не стоит. «Число командировок руководителей невозможно сократить, так как в этом случае речь идет о статусном присутствии в определенном месте и о личных контактах. В баню по Skype не сходишь», — говорит г-н Захаров.

Анна Резникова

«Я сейчас в Клину. У нас тут производство, завод большой, ― звонок E-xecutive застает начальника отдела финансового контроля Asahi Glass Company Константина Ерохина в командировке. ― Проверяем на месте основные показатели, рентабельность производства и продаж».

За названием «большой завод» скрывается одна из крупнейших в мире стеклоплавильных печей, которая выдает по 1 тыс. тонн стекла в сутки. Ерохин следит на японском предприятии не только за денежными потоками. Константин решает управленческие задачи: он формирует команду, распределяет функции и нагрузку, следит за мотивацией, оценивает новые проекты.

Почему финансовый контролер берется за работу менеджера? Чтобы научиться быть одновременно финансистом и управленцем, Ерохин три с половиной года получал профессиональную квалификацию CIMA.
Будущее интереснее, чем прошлое

Константин Ерохин решил получать международную профессиональную квалификацию несколько лет назад, когда работал в крупной иностранной компании. Чтобы выбрать между ACCA и CIMA, он советовался с коллегами-экспатами.

«И ACCA, и CIMA глубоко погружают в финансовую отчетность и бухгалтерский учет, но это всегда взгляд на свершившийся факт, то есть на то, как это было, ― объясняет Ерохин, почему выбрал CIMA. ― А меня всегда привлекало будущее, то, как это будет. Я хотел научиться строить прогнозы, создавать модели бизнесов, смотреть вперед, отвечать на вопросы «Что делать?», «Как делать?», «Когда делать?» и «Стоит ли делать вообще?». Здесь мало одних только знаний построения отчетности. Нужно понимать, чем дышит бизнес. CIMA в этом смысле дает интересные инструменты и широкий спектр практических знаний».

Все не могут быть директорами

Российские работодатели знают про CIMA мало. Даже на Западе обладателей ACCA больше, чем CIMA. Дело в том, что британцы не спешат превращать CIMA в массовый продукт. Все не могут быть директорами и управленцами, поэтому на десять аудиторов с ACCA приходится один финансовый руководитель с CIMA.

«Если рассматривать, например, позиции финансового контроллера, финансового директора, ― говорит менеджер департамента финансового рекрутмента Antal Russia Артем Васильев, ― то сейчас западные компании не готовы рассматривать кандидатов, не обладающих квалификацией CIMA. И это не просто формальное требование. Оно связано с тем, что сейчас на первом месте в списке требований к этим позициям стоит наличие операционных навыков, умение делать все «руками».

Татьяна Малинина из Japan Tobacco International говорит, что сотрудник с CIMA в ее компании ― не редкость. Причем в JTI время от времени отправляют сотрудников на обучение по программе CIMA за корпоративный счет. Идут те, кому не хватает знаний для более эффективной работы, или претенденты на новую позицию, которая потребует от человека знаний на уровне профессиональной квалификации. По словам Малининой, многие специалисты уже получили квалификацию CIMA. Обычно это менеджеры по управленческому учету, финансовые менеджеры, бухгалтеры или руководители, желающие научиться использовать финансовую и нефинансовую информацию для принятия управленческих решений.

Мегаполисы снимают все сливки

«Это довольно идеалистическая картина, ― спускает корреспондента E-xecutive с небес на землю исполнительный вице-президент по финансам и корпоративному развитию «АвтоВАЗ» Олег Лобанов, когда слышит вопрос о подчиненных с CIMA. ― В России квалификация CIMA есть у немногих, а до Тольятти из них почти никто не доезжает. Остаются в Москве и Петербурге, на крупных предприятиях с большой долей зарубежных управленцев».

С каждым годом на «АвтоВАЗе» растет влияние Renault и Nissan, но пока Олег Лобанов остается единственным обладателем CIMA в компании.

«CIMA ― это систематизированный подход к анализу проблемы, ― говорит Лобанов о возможностях квалификации. ― Программа учит применять микро- и макроэкономический анализ. Мышление выстраивается: видишь стратегию и разрабатываешь операционное планирование. Становятся более понятными корпоративные и юридические взаимоотношения внутри холдинга и то, как они влияют на финансовую отчетность. К тому же CIMA качественно готовит управлять проектами, выстраивать автоматизацию и информационные системы».

Деньги достаются за качество

Олегу Лобанову нужны люди с квалификацией CIMA, но он не готов повышать оклад сотрудника только за то, что у того есть степень или профессиональная квалификация. Вклад каждого на «АвтоВАЗе» оценивается по реальному объему работы и по достигнутым результатам. Квалификация человека, который выдает нужный результат, не влияет непосредственно на уровень его дохода. В кадровый резерв тольяттинского автопроизводителя только за счет «корочки» тоже попасть нельзя, потому что, как говорит Лобанов, это сильно сужает круг потенциальных кандидатов. Сказывается специфика «АвтоВАЗа»: здесь у экономистов должны быть серьезные инженерные знания, поскольку многие вопросы (особенно в области контроля над издержками) связаны с пониманием производственно-технологического процесса и способа изготовления деталей.

«Если компании нужен человек со знаниями CIMA, допустим, надо поставить систему оценки инвестиционных проектов или наладить систему отчетности, в этом случае у кандидата с CIMA есть приоритет и, возможно, он получит какую-то надбавку, ― рассуждает финансовый директор «Энергон» Валерий И. ― Если человек получает профессиональную квалификацию во время работы и берется после этого за более высокие цели и задачи, в таком случае оплачивается уже не столько его образование, сколько новые функции. Просто за «корочку» доплачивать смысла нет».

У России и Запада больше общего, чем кажется

«Более чем, ― отвечает Ерохин из Asahi на вопрос о том, применимы ли западные знания в России. ― Даже в сырьевой экономике все строится на технологических и бизнес-процессах. Management accounting, говоря языком CIMA, показывает бизнесу сегодняшние болевые точки. В этом и заключается мастерство ― подобрать правильные коэффициенты, показатели, чтобы выявить, какие у бизнеса проблемы, на какой участок направить внимание».

Олег Лобанов и вовсе считает, что Россия не отличается от развитых стран в плане менеджмента фундаментально. Он работал в разных отраслях, где были и экспаты, и российские управленцы с опытом работы в западных компаниях. Сейчас на «АвтоВАЗе» много французских и японских специалистов. Серьезных культурных различий между иностранцами и российскими сотрудниками он не видит. Если подход к управлению и отличается, то не настолько, чтобы знания и профессиональная квалификация оказались бесполезными.

«Наверное, есть специфика во взглядах и, соответственно, взаимоотношениях с окружающей средой, властью и силовыми структурами ― говорит Лобанов, ― но эти различия не фатальны. Они, скорее, носят временный характер, потому что за последние 10-15 лет российская культура управления прошла большой путь».

Финансист способен управлять холдингом

Валерий И из «Энергон» на себе почувствовал взросление российского менеджмента. Он взялся получать CIMA, когда работал в отделе оплаты счетов Exxon Mobil на Сахалине: регистрировал счета и следил за их своевременной оплатой. То, о чем рассказывали книжки CIMA, на практике ему встречалось редко. Потом его наняли в «Энергон». Компания росла, менялась. Менялись и требования собственников. Перед менеджментом поставили задачу ― финансовая отчетность, которая формируется ежемесячно по всем направлениям холдинга, должна, во-первых, консолидироваться, во-вторых, приблизиться по форме к международным стандартам финансовой отчетности.

«Мы разработали формы, учетную политику, согласовали все это с учредителями и сейчас предоставляем отчетность ежемесячно как в отдельности по направлениям, так и в целом консолидировано по холдингу ― говорит Валерий. ― До этого были, скажем так, примитивные формы финансовой отчетности, из которых было очень сложно хоть что-то понять».

В это же время акционеры компании поставили Валерию еще одну задачу ― разобраться с экономическим анализом, который проводят все бизнесы холдинга. Дело в том, что в каждом направлении холдинга свои особенности, цели, показатели и стратегии. В разных компаниях экономисты формулируют разные ключевые показатели эффективности бизнеса и отслеживают их в динамике. Валерию И предстояло привести все это к общему знаменателю.

«Я проанализировал, какие показатели используются, насколько они правильно применяются, насколько они актуальны, ― продолжает И. ― После этого от меня ждали рекомендаций: что добавить, что убрать. Все бизнесы у нас разноплановые. Торговля, производство, строительство по энергетике. CIMA помогает сориентироваться, найти какие-то реперные точки, куда нужно смотреть».

Международная эффективность доступна на русском языке

Чтобы получить CIMA, надо сдать 15 экзаменов на английском языке. Согласно мировой статистике, это удается 44-46% людей. В России можно получить Диплом CIMA «Управление эффективностью бизнеса». Это новая международная квалификация, которая включает два экзамена CIMA P1 «Управление эффективностью операций» и CIMA P2 «Управление эффективностью бизнеса», переведенные на русский язык. У нового диплома CIMA есть и очевидные плюсы, и ограничения.

Структура CIMA разбита на уровни (кликните, чтобы увеличить). Ниже – сертификационный уровень, выше – операционный. Для пополнения знаний рекомендуется книга Колина Друри «Управленческий и производственный учет».

«Переведены именно эти разделы, потому что управление эффективностью ― это ядро квалификации CIMA, ― говорит Елена Четверина, менеджер PwC Academy, где готовят к экзаменам на получение Диплома CIMA на русском языке. ― Цель программы подготовки ― не только помочь участникам сдать экзамен с первой попытки, но научить специалистов мыслить, аргументировано высказывать свою точку зрения. Программа подготовки дает возможность российским менеджерам получить практические знания, востребованные во всем мире. Если говорить о результатах экзаменов, то 68% участников программы подготовки в PwC’s Academy успешно сдали экзамен Р1 в мае этого года. Это очень высокий показатель».

Курсы подготовки длятся семь или восемь дней занятий (по выбору участника), плюс один дополнительный день для пробного экзамена с последующим анализом. Как рассказывает Елена, обычно участники надолго задерживаются после занятий, чтобы обсудить с преподавателем, как применить международный опыт к российской практике. Часто завязываются основательные споры, после которых преподавателю приходится углубляться в вопросы, а на следующем занятии приводить новые аргументы. У всех преподавателей есть международные профессиональные квалификации, все они работают в PwC, поэтому на вопросы отвечают обоснованно.

«Диплом CIMA ― не просто полноценная квалификация по управленческому учету, но и отличный старт в полную CIMA, ― говорит Ерохин. ― Если человеку понравится, если его захватит этот предмет и квалификация, может, он сделает шаг навстречу английскому языку. По себе скажу, сдать все 15 экзаменов и получить полную квалификацию, это того стоит. Будь то Диплом CIMA «Управление эффективностью бизнеса» или полная квалификация ― это профессиональная школа жизни, проверка на прочность. Перед тобой только лист бумаги и ручка. Никакого интернета или литературы. И вот ты выдаешь все свои идеи и накопленный багаж знаний в очень концентрированном виде. Экзамен заставляет вспомнить все, применить все технологии. Я бы рекомендовал программу CIMA людям амбициозным, которые действительно хотят развиваться».

Александр Шенаев

- Зарплата в конверте – это реальность российского рынка труда, – рассказывает ведущий консультант рекрутингового агентства Penny Lane Personnel Ольга Мусейчук. – По нашим наблюдениям, пять лет назад количество компаний, которые предпочитают подобный вид оплаты труда, варьировалось в пределах 40%. Сегодня показатель вполне можно оценивать в 25-30%. Хотя он мог бы измениться и более значимо, если бы не единый социальный налог, который как минимум приостановил процесс “обеления” окладов, а как максимум заставил компании малого и среднего бизнеса вернуться к преж ней “черной схеме”.

Глава Федеральной налоговой службы Михаил Мишустин заявил, что, несмотря на все опасения, зарплаты в тень не ушли. По данным ФНС, в первом квартале 2011 года налоговые поступления от физических лиц выросли на 11%. Рост отчислений за первый квартал составил 22,4%, причем наибольший рост дал налог на прибыль.

По словам президента рекрутингового портала Superjob.ru Алексея Захарова, в основном “серые cхемы” встречаются в малом бизнесе, который просто не может себе позволить работать “вбелую”.

- Как правило, такие схемы более типичны для российских компаний, для подавляющего большинства международных организаций они являются неприемлемыми, – добавляет старший менеджер рекрутинговой компании Antal Russia Вера Филатова.

- Минусы такого способа оплаты труда – исключительно для работника, поскольку он является наименее защищенной стороной в этих деловых отношениях, – объясняет Ольга Мусейчук. – Если работодатель захочет придраться к работнику и лишить его бонусной части, да и просто оштрафовать за опоздание, например, что практикуется достаточно часто, то жаловаться будет по большому счету некому. Поэтому для сотрудника существует разница, в каком виде получать зарплату. Ведь, кроме денежной составляющей, работник еще ущемлен в своих правах по Трудовому кодексу РФ. Сегодня все больше соискателей выдвигают требования работать в “белых” компаниях.

Как показал опрос, проведенный Исследовательским центром рекрутингового портала Superjob.ru, 45% россиян не откажутся от подходящей должности, даже если организация предложит зарплату в конверте. Часть из них при этом руководствуется соображениями о благополучии семьи. “А что делать, семью кто будет кормить?” Другие заявляют, что в таком случае они будут платить налоги со своего заработка самостоятельно. Рисковать намного чаще готовы мужчины (53% против 36% среди женщин), ведь, как правило, именно они приносят семье основной доход. Если рассматривать возраст опрошенных, то чаще остальных на зарплату в конверте согласны россияне 30-40 лет (49%).

“Нет” незаконным схемам выплаты заработной платы говорят 23% россиян. Свое несогласие работать на таких условиях они объясняют тем, что “черная” и “серая” зарп латы не позволяют “пользоваться кредитами под нормальные проценты”, а также рассчитывать на достойную пенсию. Закономерно, что тема пенсий больше волнует представителей старшего поколения, среди которых на работу с зарплатой в конверте не согласятся 30%.

Интересен тот факт, что россияне, у которых сейчас нет работы, выбирали отрицательный вариант ответа чаще тех, кто на данный момент трудоустроен (24% и 22% соответственно).

По данным кадрового холдинга “Анкор”, 31% студентов в России ориентируется на зарплату от 20 до 30 тысяч рублей в месяц, а 16% – на доход от 30 до 40 тысяч. В рекрутинговом агентстве “Контакт” подсчитали, что выпускники вузов сегодня в среднем зарабатывают около 27 тысяч рублей, при этом более половины из них намерены после первого года работы получать не менее 55 тысяч рублей. Еще год назад аппетиты студентов были скромнее: в первый год после получения диплома они зарабатывали около 22 тысяч рублей и рассчитывали на повышение зарплаты до 46 тысяч рублей по истечении года.

Между тем квалификация молодых специалистов нередко оставляет желать лучшего, подчеркивает член правления Объединения предпринимательских организаций России (ОПОРА России) Наталья Чудакова. “Я недавно сидела на выпускных экзаменах (у нас есть торговое училище), и я с ужасом отметила, что всех тех девушек и мальчиков, которых я просмотрела, я как работодатель ни одного не взяла бы на свое предприятие”, – сказала она РИА Новости.

Несмотря на то, что молодые специалисты в силу возраста и отсутствия опыта менее квалифицированы, работодатели нередко отдают им предпочтение перед опытными специалистами старше 40 лет. Аналитики отмечают, что возрастная дискриминация при приеме на работу – явление, во-первых, общемировое, во-вторых – неизбежное.

“Такова жизнь”

Если посмотреть объявления, размещенные на сайтах рекрутинговых агентств, легко заметить, что почти в каждом указан желаемый возраст соискателя. И в девяноста процентах случаев этот возраст меньше сорока лет. Специалисты по трудовому праву заявляют, что это не просто незаконно, но и антиконституционно, однако признают, что исправить ситуацию практически невозможно.

Нежелание работодателей принимать на работу людей старше 40 лет объясняется тем, что таким специалистам приходится платить больше, чем молодым, поскольку они имеют большой опыт, а также тем, что люди старшего поколения менее гибкие и хуже адаптируются к новым условиям.

“Этими людьми [специалистами старше 40 лет] труднее  манипулировать, эти люди уже состоявшиеся профессионалы, эти люди уже достигли какого-то определенного материального достатка, им трудно объяснить какую-нибудь очередную глупость, которая взбрела в голову начальнику или какое-то незаконное решение. Например, бухгалтер с большим стажем прекрасно знает, что можно делать, а что – нельзя. А девочка, которая боится потерять рабочее место, она и не понимает, что она делает, и она может пойти на любое нарушение, и потом на нее свалят всю вину”, – пояснил РИА Новости ведущий специалист социально-экономических программ Центра социально-трудовых прав Петр Бизюков.

Людям старше 40-45 лет сложно устроиться на работу в силу того, что они менее мобильны и не способны “схватывать на лету”, объясняет президент рекрутинговой компании HeadHunter Юрий Вировец. “Они хуже умеют пользоваться компьютерами, они хуже, медленнее схватывают то, что происходит кругом, они медленнее реагируют на изменяющуюся обстановку и, конечно, работодатели предпочитают более молодых, более гибких. Это абсолютно незаконно, но такова жизнь”, – резюмирует он.

Так будет не всегда?

Сегодня  возраст выхода на пенсию в России составляет 60 лет для мужчин и 55 – для женщин. То есть получается, что человеку до пенсии осталось еще 10-15 лет, а на работу его уже брать не хотят.

“Это возрастная дискриминация, которая строжайше запрещена и Конституцией и Трудовым кодексом, – говорит Петр Бизюков. – Это абсолютно противозаконная практика, это доведено до сведения всех властей. Дискриминация процветает, и ничего никто с этим делать не собирается. Это сложившаяся практика, ее очень сложно нарушать, это нужно проделать очень большой объем работы с журналистами, с изданиями, которые публикуют такие объявления, проще делать вид, что проблемы не существует”.

Отслеживать подобные объявления и выносить предупреждения нерадивым работодателям – обязанность прокуратуры, однако она не в силах справиться с таким объемом правонарушений в этой сфере, говорит член Ассоциации “Юристы за трудовые права” Ксения Печеник. По ее мнению, единственный выход из сложившейся ситуации – привлекать издания и интернет-сайты к ответственности за публикацию вакансий, содержащих незаконные требования к соискателям.

Эксперты отмечают, что возрастная дискриминация при приеме на работу процветает не только в России. “Это не только у нас в стране, это проблема общемировая”, – отмечает Юрий Вировец. В Европе ситуация ничуть не лучше, соглашается управляющий директор агентства Antal Russia, входящего в международную рекрутинговую компанию FiveTen Group, Михаэль Гермерсхаузен. При этом он не исключает, что через 10-15 ситуация изменится. “Это не постоянно будет продолжаться, потому что мы тоже двигаемся дальше”, – сказал он РИА Новости.

Комментируя ситуацию в России, Гермерсхаузен отметил, что в 2020 году 45-летний человек будет больше соответствовать требованиям работодателей, чем сейчас, поскольку свою карьеру он сделает не в Советском Союзе, а в “новой” России. Кроме того, эксперт полагает, что через 15 лет мир столкнется с нехваткой молодых специалистов и компаниям придется привлекать сотрудников старшего возраста.

Ольга Барыкова

Однако серьезное отличие нынешней ситуации от докризисной – даже высококвалифицированные кандидаты не могут позволить себе перерыв в работе и неспешный поиск нового работодателя. Опасения о нестабильности ситуации все еще остаются. Тем не менее, чувствуя свою востребованность, большинство работающих кандидатов все же готовы рассматривать предложения от других работодателей.

В целом рынок труда в 2011 году намного более подвижен, чем в предыдущем, и к настоящему моменту, по оценкам холдинга “АНКОР”, он восстановился на 90%. Активность бизнеса в части найма персонала практически сравнима с докризисной – с периодом середины 2008 года.

“Российский бизнес, несмотря на очевидное восстановление к середине 2011 года, все еще “придерживает” бюджеты на расширение штата и очень осторожно относится к использованию ресурсов. Произошло ощутимое переосмысление политики в области управления персоналом”, – говорит директор по России холдинга “АНКОР” Сергей Гадецкий. По мнению эксперта, если до кризиса крупный бизнес и некоторая часть среднего бизнеса практически все позиции передавали в кадровое агентство, то сейчас поиски сотрудника ведутся при помощи всех возможных инструментов, и в первую очередь своими силами. “Профессиональным рекрутерам передаются в основном “сложные” позиции – поиск и подбор высококвалифицированных и редких специальностей, например, инженеров различного уровня, территориальных менеджеров, руководителей проектов, бренд-менеджеров, менеджеров по работе с ключевыми клиентами. “Новый персонал в этом году компании привлекают как под замену, так и в связи с расширением штата”, – подчеркивает Сергей Гадецкий. По его мнению, рынок труда уже сейчас становится кандидатским. Причем для хороших кандидатов – профессионалов своего дела предложений на рынке много, они могут выбирать, в том числе и выгодные финансовые условия. Для остальной массы соискателей ситуация на рынке более напряженная – им трудно рассчитывать на значительное повышение дохода, особенно в малом и среднем бизнесе, который чувствует серьезное напряжение из-за повышения налоговых ставок. “В условиях сохранения текущих тенденций в экономике к концу 2011 года трудно ожидать резкого увеличения активности как на рынке труда, так и на рынке рекрутмента. Темпы роста в ближайший год будут достаточно умеренными”, – резюмирует Сергей Гадецкий.

Между тем ситуация на рынке труда очень тесно коррелирует с общей экономической обстановкой в стране и мире. “В условиях нестабильности на фондовых рынках давать прогнозы несколько сложнее. Если критичных потрясений не произойдет и экономика продолжит восстанавливаться, рынок труда будет и далее плавно расти. Количество вакансий для высококвалифицированных специалистов и менеджеров среднего и высшего уровня будет увеличиваться во всех отраслях экономики”, – считает управляющий директор рекрутинговой компании Antal Russia Михаэль Гермерсхаузен. По его мнению, наибольший спрос на персонал ожидается со стороны фармацевтических компаний, FMCG, ИТ-компаний, банковского сектора. “Зарплаты практически по всем секторам приостановили рост, достигнув или несколько превысив докризисный уровень, поэтому тут не наблюдается критических изменений. Во втором полугодии 2011-го мы, скорее всего, будем наблюдать стремление работодателей привлечь и замотивировать сотрудников более гибкими и интересными бонусными схемами, – предполагает эксперт. – Говорить о том, что во втором полугодии рынок наконец вернется к состоянию “рынка соискателя”, все еще рано”.